Мы живем в удивительно быстро меняющемся мире. Айфоны, айпады, генная инженерия, разгул постмодернизма… Мы пристально вглядываемся в будущее, пытаясь предугадать, какие еще сюрпризы оно нам готовит, и в то же время все чаще с ностальгией оборачиваемся к прошлому, которое представляется уютной гаванью.

Там, в этом самом прошлом, было много чего хорошего: классическое искусство например. И в нем, как мы сейчас понимаем, были и гармония, и романтизм, и очарование. И когда нам среди современного безумного мира встречается отголосок тех великих живописных веков, мы испытываем тихую грусть, понимая, что именно этого нам не хватает среди бесконечного «реди-мэйдов», «стрит-артов», инсталляций и перформансов. Не хватает художников, которые умеют рисовать.

Когда я в первый раз увидела, как Оксана Кравченко смешивает на палитре краски, у меня сразу возникло ощущение чего-то необычного и в то же время удивительно знакомого. Наверно, с такой же серьезностью к процессу приступали когда-то алхимики, свято верившие в то, что, если добавить к смели немного алмазной пыли, малахитовой крошки, амбры, толченого рога носорога, у них наконец-то получится тот самый философский камень, который превратит свинец в золото, поможет обрести вечную молодость, сосчитать на небе все звезды и ответить на самый главный вопрос: с какой целью мы явились на Землю? В сущности, искусство и есть ответ на этот вопрос.

— Да, я люблю смешивать краски. — Оксана ловко соединяет на палитре умбру и сьену. — Раньше, во времена Леонардо и Тициана, с этого вообще начиналось все обучение. Ученикам давали растирать краски, готовить составы. Тогда ведь, знаете ли, краски в тюбиках не продавались. И никакой синтетики не было. Все было исключительно натуральное. И если нужен был лазурный оттенок плаща Богородицы, брали самый настоящий лазурит, привезенный из далекого Афганистана и стоивший совершенно сумасшедшие деньги, растирали его тяжелым медным пестиком в медной ступке, и из этого драгоценного порошка делали лазурную краску, которая никогда не тускнела. Уже века прошли, а она так же свежа, как в тот момент, когда Ван Эйк, наносил ее на холст.

Оксана зачерпывает мастихином немного белил, мешает с киноварью и наносит первый широкий мазок. Еще несколько таких движений, и на моих глазах расцветает алый трепещущий мак. Потом еще и еще один, и, наконец, уже целая охапка ярких, радостных, шелковистых цветов сияет на холсте. В них, писанных маслом широко и свободно, есть при всем при том какая-то удивительная акварельная легкость, прозрачность. Впрочем, эта заразительная импровизационность вообще характерна для живописной манеры Кравченко.

Манеру Оксаны Кравченко и впрямь можно назвать ее удачей, хотя всякая удача, как известно, зиждется на упорстве и хорошей подготовке. Художница из Новоуральска, она больше десяти лет разрабатывала эту самую свою манеру письма маслом в акварельном стиле. И то, что сейчас ее живопись на известнейших российских арт-форумах бьет все рекорды популярности, не случайность, а скорее закономерность.

— Я во многом себя пробовала, — продолжает художница, — пока не нашла вот это. И сразу второе дыхание появилось. И зритель пришел, и картины стали нравиться, и даже подражатели появились. Кстати, вот этого я совершенно не боюсь. Я знаю, сколько им придется времени и сил потратить для того, чтобы освоить эту технику. Она ведь проста только на первый взгляд. А на самом деле сколько мозолей надо набить, чтобы кисть, наконец, пошла, чтобы краски запели.

Я смотрю на «Пионы» Оксаны Кравченко. Это, кстати, ее любимые цветы. Как говорится, сама выращивает, сама срезает, сама пишет. Эти царственные бутоны с широкими лепестками, пахнущие летом и зноем, дарящие терпкий, незабываемый аромат, царствуют в цветочной живописной коллекции художницы. Она их, кажется, может писать бесконечно. Так китайские мастера жанра «цветы и птицы» избирали для себя когда-то излюбленный мотив и потом совершенствовались в нем всю жизнь. Оксана, конечно, далека от такой добровольной живописной аскезы, и тем не менее отказать себе в удовольствии написать еще раз пионы явно не в состоянии.

— Люди без цветов не могут, — улыбается Оксана, — это мое искреннее убеждение. Вы только представьте, что в один прекрасный день с планеты исчезли бы все цветы. Какой бы это был грустный мир. Нет, цветы для нас – это посланцы вечности, герольды, которые пришли возвестить нам о том, что в этом мире еще остались красота и гармония. Мы смотрим на них и верим, что раз существует такая красота, значит не все еще потеряно. Мы ведь и сами в каком-то смысле цветы. Мы скучаем по солнцу, мы любим подставлять лицо его лучам, мы расцветаем по весне и мерзнем зимой. Мы любим собираться в букеты, но не откажемся покрасоваться в главной роли. Так что цветы всегда помогали нам постичь самих себя. Не случайно друиды придумали для людей цветочные гороскопы. Стоит тебе узнать, что ты за цветок, и для тебя сразу же становятся куда понятнее все твои достоинства и недостатки. Цветы — это вечная метафора человеческого характера, его портрет. А еще цветы — это лучшие выразители наших чувств — от самых радостных до самых грустных. Они лучше нас умеют рассказать о том, что мы волнуемся или тоскуем, плачем или смеемся, скорбим или надеемся. И это замечательно.

Я смотрю на кравченковские васильки. Вот ведь удивительные цветы. Кто-то их даже сорняками считает, и наверно, есть этому причины. Но наша грустная императрица Мария Александровна, жена Александра Второго, предпочитала их всем другим цветам, да и мы не можем не улыбнуться, глядя в их чудесные синие глаза. А рядом весело желтеют одуванчики, тоже к цветочной аристократии отношения не имеющие, но от этого не менее милые. А вслед за ними приходит очередь ирисов. Они тоже ходят в фаворитах у Оксаны Кравченко.

— С ирисами в истории человечества столько всего связано, – говорит Оксана. — Начать с того, что в гербе французских королей были отнюдь не лилии, а именно желтые болотные ирисы. Цветы, казалось бы, родовитые, но при этом совершенно не капризные, легко идущие с человеком на контакт. Мне же нравится именно их таинственная, мифологическая ипостась. Они у меня всегда королевствуют.

Оксана снова зачерпывает мастихином киноварь и кидает мазок на холст. Я вглядываюсь в ее работу и размышляю, куда она отправится на этот раз. Картины Оксаны уже давно и успешно путешествуют по миру, разлетаясь по разным странам и континентам. Ее сайт — один из наиболее посещаемых персональных художественных сайтов в Интернете. В последнее время я то и дело натыкаюсь на попытки копировать ее веселые поющие работы, и надо признать, что удачных копий практически не встречается. Не так идет рука, не так ложится краска. Не возникает та алхимия, которая дарит этой художнице заветный философский камень, раскрывающий глубинные тайны творчества.

 

Автор: Светлана Долганова, 27 июня 2012